ПЕРВАЯ ИГРА ОТ ЗЕРКАЛА!
Вы можете отправить нам 1,5% своих польских налогов
Беларусы на войне
  1. Трамп дал Ирану 48 часов. Что он требует и чем угрожает
  2. В Минске дорожает проезд в городском общественном транспорте
  3. «Была просто телом, которому что-то надо делать». Супруга директора ЕРАМ — о тяжелом лечении от рака, рецидиве и надежде
  4. «Знала много чувствительной информации, и не только о нас»: Павел Латушко — о возможном появлении Мельниковой в Минске
  5. Андреева о первых шагах на свободе: «Чувствую себя инопланетянином, который свалился с Луны на Землю и теперь просто учится ходить»
  6. Россия может готовить наступление на Донбассе: что фиксируют аналитики
  7. «Я не хочу бегать с автоматом по улице». Лукашенко — об освобожденных политзаключенных, оставленных в Беларуси
  8. Более 2000 дней за решеткой. Как известные политзаключенные выглядели до и после освобождения
  9. Сначала почти лето, потом понадобятся зонты. Прогноз погоды на неделю
  10. Чиновники снова упрекнули население — в чем на этот раз
  11. «Она уже давно в Беларуси». Отец Анжелики Мельниковой признался, что она жива и здорова
  12. Жена «кошелька» Лукашенко заявила, что у беларусов нет своей мифологии
Чытаць па-беларуску


/

В Великобритании стремительно распространяется ранее редкий лекарственно-устойчивый грибок Trichophyton indotineae, поражающий кожу в области паха, ягодиц и бедер, пишет The Sun.

Большинство случаев в Великобритании зафиксировано в области паха, ягодиц и бедер. Фото: MDPI

Новые данные, представленные на конференции ESCAIDE в Польше, показывают, что если до 2022 года в Великобритании и Ирландии было зафиксировано лишь 44 случая, то к марту 2025 года их число достигло 258.

Грибок впервые был обнаружен в Индии в 2014 году, где он быстро мутировал, выработав устойчивость к стандартным противогрибковым препаратам. Сегодня для лечения зачастую требуется длительная терапия итраконазолом — препаратом, способным вызывать серьезные токсические побочные эффекты для печени и сердца. Заболевание не представляет угрозы для жизни, но отличается упорным течением: пациентам нередко приходится неделями или месяцами возвращаться в больницу для контроля и коррекции лечения.

Эксперты отмечают, что инфекция проявляется в виде ярко выраженных красных и болезненных зудящих высыпаний, которые могут распространяться по телу, включая лицо, и оставлять стойкие рубцы. Из-за внешних проявлений заболевание становится «социально ограничивающим» — многие пациенты стесняются выходить на улицу и рискуют оказаться в социальной изоляции.

Диагностика грибка также вызывает сложности: его легко спутать с экземой или псориазом, поэтому без специальных тестов точный диагноз ставится не всегда. За последние 10 лет T. indotineae распространился более чем в 20 странах, включая Германию и США. В Великобритании большинство случаев выявлено у людей южноазиатского происхождения, однако эксперты предупреждают, что распространение в общей популяции — лишь вопрос времени.

Грибок передается через прямой контакт кожи, а также через бытовые предметы: полотенца, одежду и постельное белье. Медики фиксируют семейные кластеры заражения: «Если один человек заболел, зачастую начинают болеть и другие», — отмечает профессор Армстронг-Джеймс. При этом ожидание консультации дерматолога в ряде регионов превышает 18 недель, что увеличивает период заразности пациентов.

Ситуация осложняется тем, что рост устойчивости наблюдается и среди других грибков. Внимание вызывает также опасный патоген Candidozyma auris (бывш. Candida auris), который быстро распространяется в больницах и может вызывать тяжелые кровотоковые инфекции. В Англии с 2013 по 2024 год зарегистрировано 637 случаев, из них 178 — за последний год.

Эксперты подчеркивают, что, несмотря на масштаб угрозы, исследования в области микологии остаются недофинансированными. В распоряжении медицины имеется лишь четыре класса противогрибковых препаратов, а разработка новых средств идет крайне медленно. В 2022 году ВОЗ опубликовала список из 19 грибковых патогенов, представляющих наибольшую опасность, предупредив, что рост устойчивости к лечению может иметь «серьезные последствия» для глобального здравоохранения.